1 сентября школы по всей России проводят торжественные линейки. Сотни детей, родителей, бабушек и дедушек собираются на одной территории, часто под открытым небом, в жару и плотной толпе. Праздничные речи, музыка, цветы, фотографии — всё это привычная часть Дня знаний.
Но есть вопрос, который обычно остаётся за кадром: а кто отвечает за медицинскую безопасность всех этих людей?
История, произошедшая 1 сентября в севастопольской Инженерной школе, заставляет посмотреть на эту проблему гораздо внимательнее. Во время праздничной линейки одной из мам внезапно стало плохо. Женщина начала терять сознание прямо среди большого количества людей. Однако, по словам очевидцев, рядом не оказалось медицинского работника, а помощь пришлось организовывать другим родителям.
И это уже не просто история о том, как человеку стало плохо на празднике. Это вопрос о том, насколько российские школы вообще готовы к подобным ситуациям во время массовых мероприятий.
Сотни людей — и никто не отвечает за медицинскую безопасность?
По словам очевидца, женщину пришлось придерживать, чтобы она не упала. Ей дали воды, попытались привести в чувство, предложили сладкое. Активно помогали случайно оказавшиеся рядом родители.
Особенно показательна другая деталь: в оказании помощи участвовала пожилая женщина, которой, по словам очевидца, около 80 лет.
Получается странная картина. Массовое мероприятие, сотни взрослых и детей, сотрудники школы, охрана, заранее запланированная линейка — и в критический момент ситуацию пытаются контролировать люди, которые просто оказались рядом.
При этом 1 сентября — далеко не обычный учебный день. На школьную территорию приходят не только ученики и педагоги. Это сотни родителей и родственников разного возраста и состояния здоровья. Среди них могут быть пожилые люди, беременные женщины, люди с хроническими заболеваниями.
Кому-то может стать плохо от жары. У кого-то может резко измениться давление. Кто-то может потерять сознание.
И это не чрезвычайный сценарий из области фантастики. Это обычные риски любого массового мероприятия.
Медкабинет открыт, а специалиста нет
Когда женщине стало плохо, очевидец попыталась найти медицинского работника. По её словам, быстро решить этот вопрос не удалось, и тогда она самостоятельно отправилась в школьный медкабинет.
Кабинет оказался открытым. Но медика внутри, как утверждает очевидец, не было.
Женщина даже попыталась найти тонометр, чтобы самостоятельно измерить пострадавшей давление, однако быстро обнаружить необходимый прибор не удалось. В итоге женщине пришлось просто найти место, чтобы сесть и прийти в себя.
Позже рядом с ней, по словам очевидцев, оказалась ещё одна мама, которой также стало плохо.
И здесь возникает уже не эмоциональный, а системный вопрос. Каким образом должна быть организована медицинская безопасность во время массовых школьных мероприятий? Достаточно ли просто иметь в здании медицинский кабинет? Или во время линейки должен быть конкретный специалист, готовый действовать в случае ухудшения самочувствия у ребёнка или взрослого?
А если плохо станет ребёнку?
Самое тревожное в этой истории — то, что речь идёт не только о взрослых.
На школьной линейке находятся дети, которым иногда приходится долго стоять под открытым небом. Особенно в южных регионах, где начало сентября может быть по-летнему жарким. Солнце, плотная толпа, длительное мероприятие и эмоциональное напряжение — всё это может привести к ухудшению самочувствия.
По словам очевидца, подобный случай уже происходил раньше: во время одной из школьных линеек ребёнок потерял сознание после длительного нахождения на солнце.
Именно поэтому вопрос нельзя сводить к одному конкретному случаю в одной конкретной школе.
Что происходит в других образовательных учреждениях России во время массовых мероприятий? Есть ли обязательный медицинский работник на линейках? Кто отвечает за состояние здоровья не только учеников, но и родителей, приглашённых гостей и пожилых родственников?
И главное — существует ли единый и понятный порядок действий?
Охрана есть. Медицинской безопасности — нет?
Современная школа сегодня представляет собой достаточно строго организованную систему безопасности. Контрольно-пропускной режим, охрана, ограничения на вход посторонних, камеры наблюдения — всё это давно стало привычной частью образовательной среды.
Но безопасность — это не только забор, охранник и проверка документов.
Безопасность — это ещё и готовность к тому, что человеку может внезапно стать плохо.
Особенно во время заранее запланированного массового мероприятия. Дата линейки известна заранее. Количество участников можно примерно оценить заранее. Понятно и то, что на территории будут находиться сотни людей.
Поэтому ситуация, когда человеку становится плохо, не должна становиться неожиданностью, к которой никто не готов.
Ведь никто не планирует потерять сознание по расписанию.
Нужны ответы на федеральном уровне
История из севастопольской школы — это повод задать вопросы, которые выходят далеко за пределы одного образовательного учреждения.
Какие требования сегодня действуют в России в отношении медицинской безопасности массовых мероприятий в школах? Должен ли медицинский работник обязательно присутствовать во время торжественных линеек и других мероприятий, где одновременно находятся сотни людей? Кто отвечает за оказание первой помощи до приезда скорой?
И распространяются ли существующие правила только на школьников или учитывают также родителей и других участников мероприятия?
Ответы на эти вопросы хотелось бы получить от профильных федеральных ведомств — Министерства здравоохранения России и Министерства просвещения России.
Потому что история 1 сентября в Севастополе — это не только рассказ о женщине, которой стало плохо во время линейки. Это история о возможной системной проблеме, которую пока предпочитают не замечать.
Праздничные линейки проходят по всей стране. На них собираются миллионы людей. И если вопрос медицинской безопасности таких мероприятий действительно не имеет чёткого и понятного решения, то выяснять это необходимо сейчас.
Не после очередного происшествия.
И уж точно не после того, как кому-то помощь понадобится слишком поздно.
